Сопряжённые нравственные понятия как средство развития этического мышления

Автор:	Левичев Олег Фёдорович, к.п.н., доцент ИРООО
Опубликовано:	01.09.2008
Источник:	Этико-философский журнал «Грани эпохи», №39

Под сопряжёнными нравственными понятиями мы понимаем понятия, которые сопряжены определёнными признаками между собой, но различны по значению, по мотивационному обоснованию. Их нужно сравнить, указав на общее и различное и выявить тот сопрягающий признак, который соединяет эти понятия и позволяет им «переливаться» из одного в другое.

Поясним слово сопряжение. В толковом словаре С.И. Ожегова находим, что «сопряжённый» значит «взаимосвязанный». В техническом черчении сопряжением называют плавный переход из одной линии в другую. Следовательно, выявить сопряжение — это найти плавный переход из одного понятия в другое, то есть взаимосвязь между понятиями.

Сопряжённые нравственные понятия как средство педагогической актуализации развития этического мышления не рассматривались специалистами в области педагогики.

Так, А.И. Шемшурина в «Этических диалогах со старшеклассниками» приводит примеры занятий, где объясняет понятия сочувствие, любовь и т.д. Беседы основываются лишь на разборе изречений мыслителей, которые вскрывали сущность данных понятий в форме аллегории. На наш взгляд, это полезно, но не так продуктивно. Введение сопряжённых нравственных понятий при разборе понятий в «этических диалогах» дало бы большую эффективность. Например, если мы к понятию сочувствие прибавим сопряжённое нравственное понятие, а именно «понимание чужого горя» и сравним их, то можно увидеть эгоистическую основу сочувствия. И это не абсурд.

Предположим, что человек Y сочувствует человеку X. Чтобы проявить сочувствие, Y ставит себя на место X и в своём воображении проигрывает то, что случилась с X. В сознании Y возникают схожие эмоции, и он, в зависимости от силы и яркости своего воображения, сможет ощутить те переживания и страдания, что и X. Y становится жаль себя в ситуации, в которую попал X, и он сочувствует ему, но, в действительности, он жалеет себя в образе X. «Понимание чужого горя» способствует лучше и глубже проникнуться чужой болью.

М.Л. Аплетаев в своём диссертационном исследовании «Формирование нравственных понятий как условие осознания поведения старшими подростками» обращает внимание на то, что овладение структурой и содержанием нравственных понятий даёт возможность подростку лучше и яснее представить себе способ и формы данного поведения. Мы с этим согласны, но как показывает опыт работы в образовательной практике, субъект, например, овладев содержанием понятия «остроумие» и представляя формы должного поведения, оскорбляет своими «шутками» одноклассников. То есть субъект не может определить ситуацию сопряжёнными нравственными понятиями, разрешение которых на уровне здравого смысла неизбежно ведёт к потере чувства меры одного из них. Например: остроумие при нарушении чувства меры переходит в издевательство. Исследователь не обратил внимания на данный феномен наличия сопряжения в нравственных понятиях.

Идея М.Н. Аплетаева структурирования нравственных понятий нашла применение в нашем исследовании.

М.В. Кабатченко, исследуя вопрос «Воспитания нравственного сознания старших подростков в единстве с их поведением», столкнулся с проблемой, которую Е.В. Бондаревская выразила следующим образом: «Знание норм морали не превращается у учащихся в собственные оценочные критерии, что является существенной «утечкой» знаний на этапе превращения их во внутренние побуждения (мотивы) действий, поступков старшеклассников».

Мы считаем, что «утечка» знаний происходит потому, что старшеклассники, встречая в своей жизнедеятельности сопряжённые понятия, не могут разрешить коллизию в них, так как их этому никто и никогда не учил. Поэтому, попав в ситуацию, в которой имеют место сопряжённые нравственные понятия, старшеклассники принимают решения спонтанно, интуитивно. М.В. Кабатченко в своих исследованиях не выделяет сопряжённые нравственные понятия, и данная проблема остаётся неразрешённой.

Ф. Кадол в своих исследованиях выявил, что 30% из 400 старшеклассников смешивают понятия честь и достоинство с другими нравственными понятиями. Многие из них ставили знак равенства «=» между понятиями достоинство и самолюбие. Старшеклассники говорят в своих ответах о том, что не могут различать понятия, сопряжённые между собой, и хотят научиться этому. Ф. Кадол не обратил внимания на данный феномен.

Б.Т. Лихачев в своей работе «Философия воспитания» вскрывает сущность понятий: честь, достоинство, любовь и т.д. Его методики раскрытия сущности данных понятий больше похожи на сентенции морализацию, так как не побуждают мысль человека искать и находить этические решения. Вот если бы он выделил сопряжённые нравственные понятия, а именно: честь — честолюбие, достоинство — высокомерие, любовь — страсть и т.д., то работа выглядела бы более интересной и познавательной.

Н.Е. Щуркова, исследуя систему воспитания нравственных отношений современных школьников, не выделяет сопряжённые нравственные понятия, которые как раз и способствуют формированию нравственных отношений между школьниками, так как являются сущностью этих отношений. Привитие школьникам совокупности норм поведения без умения и навыков этически мыслить, разрешать коллизии в этических ситуациях будет всего лишь приличием, формой без содержания. Для развития высокого уровня культуры, нравственности в человеке одного приличия явно недостаточно. Поэтому современным школьникам необходимо умение разрешать коллизии в сопряжённых нравственных понятиях. Тогда их отношения станут не соблюдением норм поведения, а именно нравственными отношениями.

Г.П. Синицына, исследуя нравственную деятельность старших подростков, обращает внимание на мотив. «В мотиве, — указывает она, — выражены нравственные переживания и нравственное осмысление потребностей». Мы с этим согласны, но если, например, старшие подростки не могут различать сопряжённые нравственные понятия: самоанализ — самоедство и путают второе с первым, то в их мотиве как элементе нравственной деятельности будут отражены иные потребности и интересы. Следовательно, не разобравшись в мотивах сопряжённых понятий, старший подросток совершает иной поступок. Чтобы избежать спонтанности, непредсказуемости в поступке, нужно старших подростков учить разрешать сопряжённые нравственные понятия.

Исследователи Л.М. Истлентьева, О.В. Пантелеева, М.Н. Клейн, Н.В. Клочкова, рассматривая формирование нравственного сознания, проектируя ситуации выбора поступка, работая над формированием у школьников единства моральных знаний и поведения, изучая проблему нравственного воспитания, не выделяют сопряжённые нравственёные понятия. Но именно они и являются двигателем мыслительной деятельности, аргументацией в спорах, орудием решения в самых различных этических ситуациях, от сугубо теоретических до жизненно практических. Способствуют нравственному самоопределению, саморазвитию личности.

Среди педагогов, которые выделяли сопряжённые нравственные понятия на уровне здравого смысла можно отметить К.Д. Ушинского. В своём исследовании, К.Д. Ушинский отмечает: «Для воспитателя недостаточно ещё отличать нормальную настойчивость от извращённой или упрямства и, давая всю возможность развиваться первой, подавлять второе». Нормальная настойчивость — это последовательность и твёрдость в осуществлении чего-нибудь, т.е. упорство. Мы не против, чтобы воспитатели отличали упорство от упрямства как в детях, так и в себе. Но будет целесообразней, если ребёнка научить различать эти сопряжённые нравственные понятия в своём сознании при помощи этического мышления. Далее К.Д. Ушинский, снова обращаясь к воспитателям, пишет: «Воспитатель должен иметь целью превращать врождённое детям любопытство в любознательность» На этом К.Д. Ушинский останавливает свою мысль.

Важным для нас является и мнение этика В.А. Блюмкина, который не используя термин сопряжённые нравственные понятия, указывает на них в своей работе «Моральные качества личности»: «Щедрость мешает бережливости выродиться в скупость и скряжничество, наделяя её положительным содержанием». Учёный, выделяя понятия бережливость и скупость, отмечает, что они сопряжены между собой, и что их легко спутать, но он однако не выявляет, на каком уровне структурирования этих понятий происходит сопряжение. В.А. Блюмкин, руководствуясь и ограничиваясь здравым смыслом, пишет, «что щедрость мешает бережливости перейти в скупость». Предположим, что субъект не отличает щедрость от расточительности. Следовательно, не поймёт, где бережливость, а где скупость. Считаем, что такой подход к разрешению сопряжённых нравственных понятий малопродуктивен.

Философ Н.А. Бердяев в работе «Самопознание» отмечает следующие сопряжённые нравственные понятия — это «сомнение и духовные борения». О них он пишет: «Это сферы переплетающиеся, но они различны». Но как и К.Д. Ушинский, и В.А. Блюмкин он не показал, где они переплетаются и в чём их различие.

Никто из учёных в области философии, логики, этики, психологии и педагогики сопряжённые нравственные понятия не ставит предметом исследования, а тем более, средством развития этического мышления. Сопряжённые нравственные понятия выделялись одиночно и разрешались на уровне здравого смысла.

Более осознанный подход к сопряжённым нравственным понятиям мы видим в контексте учения «Живая этика». Из анализа Учения «Живой этики» (Е.И. Рерих и Н.К. Рерих) мы пришли к выводу, что в контекстах восточных культур накоплен чрезвычайно богатый духовный опыт, элементы которого принесли бы пользу современному человеку вне зависимости от его культурной принадлежности.

В Учении «Живая этика» прослеживается мысль, что в разрешении коллизий в сопряжённых нравственных понятиях (в Учении «Живая этика» они названы как противоположения) вырабатывается способность контролировать свои мысли. Что значит контролировать мысли? Это значит, не допускать в сознание мыслей, толкающих на безнравственные поступки. Именно работа с сопряжёнными нравственными понятиями способствует тому, что субъект учится контролировать своё мышление, а затем и поступки.

Сопряжённые нравственные понятия не заучиваются субъектом, не берутся памятью, а разрешаются с помощью огромного напряжения всей активности его собственной мысли. Сопряжённые нравственные понятия взаимодействуют с мотивационной сферой, выступают важным условием нравственного самоопределения личности и развития мотивов его нравственной деятельности.

Следовательно, разрешение сопряжённых нравственных понятий формирует мощную мотивационную базу субъекта, и чем обобщённее сопряжённые нравственные понятия, которыми овладел старшеклассник, тем обобщённее и устойчивее мотивы нравственной деятельности, тем менее они подвержены ситуативным влияниям, тем легче справляется старшеклассник с задачей анализа и оценки конкретной жизненной ситуации и принятия разумного этического решения.

Специфической особенностью сопряжённых нравственных поёнятий является то, что они включают в себя не только основные черты образования нравственных понятий, но и создают проблемную ситуацию, с которой и начинается мыслительный процесс, который мы раскроем в методике разрешения коллизий в сопряжённых нравственных понятиях. Создание проблемной ситуации помогает как раз вслушиваться, всматриваться, вчувствоваться в самого себя, и субъект, решая проблемную ситуацию, понимает её целостно и принимает решение объективно. Эта объективизация на основе вчувствования, всматривания, вслушивания в самого себя и других, ведёт к осмыслению и пониманию нравственности в бытии и в себе самом.

Остановимся подробнее на специфической особенности сопряжённых нравственных понятий и покажем преимущество их рассмотрения перед традиционными подходами при изучению нравственных понятий.

Как мы уже отмечали, сопряжённые нравственные понятия нужно сравнивать, находить сходство и различия, только после этого коллизия, содержащаяся в них, будет разрешена. Момент сравнения является неотъемлемым способом их разрешения.

Большое значение способу сравнения придавали российские учёные И.М. Сеченов, К.Д. Ушинский.
И.М. Сеченов считал сравнение самым драгоценным умственным сокровищем человека К.Д. Ушинский писал, что сравнение есть основа всякого понимания и всякого мышления, всё в мире узнаётся через сравнение: «Если вы хотите, чтобы какой-нибудь предмет внешней природы был понят просто, то отличайте его от самых сходных с ним предметов и находите в них сходство с самыми отдалёнными предметами, тогда только вы выясните себе существенные признаки предмета, а это значит — поймёте предмет».

Экспериментальная психология от времени Фехнера считала, что при сравнении в сознании имеются в наличии оба сравниваемых представления и переживания их отношения. Эту мысль поддерживал и Лотце, утверждая, что в сознании должны быть оба сравниваемых объекта одновременно, ибо факт сравнения заставляет нас принять возможность одновременности. Кто сравнивает, тот не переходит от мысли об одном из членов сравнения к мысли о другом. Чтобы совершать сравнения, он должен совместить в одном неделимом сознании оба эти члена.

Вернёмся к сопряжённым нравственным понятиям, где сравнение является не принудительным актом, а неотъемлемой чертой мыслительного процесса в разрешении коллизий между понятиями. Для того, чтобы разрешить коллизию, нужно как раз сравнивать данные понятия, искать сходство и различия их в своём неделимом сознании своим этическим мышлением. Выступая в единстве, сопряжённые нравственные понятия «втягивают» этическое мышление в работу, которая заключается в том, что, найдя сходство и различие, субъект отделяет понятия в сознании, мешающие формированию образа нравственного поступка. Это и будет контролем своих мыслей.

Остановимся на сходстве и различии. У. Джемс считает различие основой и первичной функцией, приводящей к познанию. Линдворский занимает такую же позицию. В. Келлер же сходство рассматривает как первичный структурный процесс. Г. Спенсер указывает, что сначала узнаётся сходство более или менее общего рода, позже может возникнуть познание несходств. На наш взгляд, наиболее верным является утверждение Ф. Энгельса о единстве сходства и различия. Сравнивая сходство и различия в сопряжённых нравственных понятиях, мы приходим к пониманию их сущности.

Е.Н. Ищенко в работе «Понимание в научном познании» рассматривает понимание как процесс. Данный процесс можно представить в виде нескольких этапов.

Во-первых, осмысливая сопряжённые нравственные понятия, субъект должен преодолеть и предпонимание, которое связано с общими установками, а также с глубинными архетипами и личностными убеждениями и представлениями. По мнению Е.Н. Ищенко, эта исходная установка не может быть устранена, но осознание её, рефлексия над самими основаниями понимания возможны.
Во-вторых, второй аспект понимания состоит в непосредственном истолковании сопряжённых нравственных понятий.

Истолкования представляют собой своёобразную «операционную» составляющую процесса понимания и включают в себя две качественно различные и самостоятельные процедуры: объяснения и интерпретацию.

Объяснение направлено на выявление сущности сопряжённых нравственных понятий, на рассмотрение их в контексте этических ситуаций и отношения с другими сопряжёнными нравственными понятиями.

Объяснение, обладая определённой логической структурой, не сводится к ней целиком и полностью, но включает в себя работу по осмыслению, осознанию. Например, возможности и необходимости реализовать принятое решение на основе разрешения коллизии сопряжённых нравственных понятий в действительность, то есть в бытие. Так субъект, сравнивая сопряжённые нравственные понятия, познаёт их сходство и различие в различных жизненных ситуациях.

Интерпретация наряду с объяснением является, на наш взгляд, необходимой составляющей процесса понимания. Она направлена внутрь, сосредоточена на постижении смысла сопряжённых нравственных понятий. При интерпретации от субъекта требуется максимальное погружение в этическую ситуации, в которой имеют место сопряжённые нравственные понятия. Интерпретация помогает субъекту проигрывать этическую ситуацию с разных точек зрения. В этом процессе объяснение и интерпретация могут дополнять друг друга, позволяя субъекту ещё глубже постичь смысл и понять сущность сопряжённых нравственных понятий.

Таким образом, процесс понимания становится продуктивным процессом при сравнении сопряжённых нравственных понятий, так как включает в себя осмысление содержания и способа мыслительного акта, который содержит в себе анализ субъективно-психологических аспектов смыслообразования, то есть описание тех духовных явлений, которые непосредственно даны понимающему сознанию в эмпирической познавательной форме духовного борения, в образе сопряжённых нравственных понятий.

Л.О. Резников пишет: «Одно дело связь понятия с наглядным образом, другое дело — наглядно-образный характер самого понятия». На этом положении мы остановимся подробней. В процессе осмысливания сопряжённых нравственных понятий в сознании субъекта возникают сразу три образа и притом одновременно.

Объясним данный феномен. Сопряжённые нравственные понятия являются как бы двумя различными понятиями, с одной стороны, а с другой — это единое понятие. Возьмём, например, сиамских близнецов, которые являют собой одно целое, тем не менее, их двое. Следовательно, мы можем в своём воображении представить образ каждого как отдельного индивида и притом одновременно, и здесь же в неделимом сознании у нас возникает их общий образ как сиамских близнецов. То есть, возникает не два, а три образа одновременно. То же происходит и с сопряжёнными нравственными понятиями. Субъект, осмысливая их, сравнивает три образа: образ единого сопряжённого нравственного понятия и образы каждого сопряжённого понятия, но и это не всё. Происходит процесс сравнения не только трёх образов, но и трёх мысленных образований, и трёх различных эмоциональных ощущений при этих мысленных образованиях.

Механизм разрешения сопряжённых нравственных понятий

1. Ситуация

Опасаясь уронить свой престиж и потерять уважение к самому себе, старшеклассники чутко, остро и даже болезненно реагируют на всё, что может сделать их смешными в глазах товарищей и взрослых, поколебать статус, сделать отверженными изгоями. Именно поэтому, защищая своё «Я», они не терпят в отношении себя проявления нажима, игнорирования их мнения, требования безропотного послушания и покорности, грубости, особенно насмешки, оскорбления словом, жестом. Они готовы ответить грубостью, дерзостью, скандалом, разрывом отношений, даже дракой. Они идут на всё, чтобы только наказать обидчика, но, главным образом, не уронить авторитет, поддержать престиж, не унизить своего достоинства. Они хотят быть и оставаться в глазах окружающих сильными, независимыми, смелыми, красивыми, готовыми сражаться с кем угодно за своё достоинство.

2. Выделение сопряжённых нравственных понятий и установление интегрального признака.

Понятие «достоинство» является одним из духовных стержней личности. Оно есть нравственно-психологическое состояние, чувство, переживание, эмоционально окрашенное осознание человеком своей духовно-нравственной ценности, самостоятельности, внутренней свободы, суверенности. Более того, человек духовный ценит и оберегает внутреннюю свободу и духовную независимость. Он осознаёт своё достоинство как способность делать свободный выбор поведения, самому решать свою судьбу. Он никому не позволяет помыкать собой, унижать и издеваться. В жизни мы наблюдаем, что высокомерный человек точно так же ведёт себя, не позволяя помыкать собой, ценит и оберегает свою внутреннюю свободу, отстаивает свою независимость (опорный признак). Где, на каком уровне структурирования происходит сопряжение достоинства и высокомерия. Попытаемся определить это.

3. Расчленение сопряжённых нравственных понятий на общие частные, единичные по интегральному признаку.

Ряд учёных рассматривают достоинство только как составную часть чести, не подчёркивая его самостоятельного значения. Так, например, Л.М. Архангельский пишет, что «понятие чести включает в себя сознание личного достоинства человека». Этой же точки зрения придерживается и С.С. Уткин: «Оценка же достоинства личности её самой и другими людьми представляет собой содержание чести».

Другие учёные достоинство рассматривают как самостоятельную категорию, и мы с ними согласны. Это учёные В.А. Блюмкин, Ф. Кадол, Б.Т. Лихачев, А.Ф. Шишкин. С их точки зрения, достоинство является самостоятельной категорией, хотя оно и тесно связано с категорией чести. Общим в этих двух категориях, по их мнению, является преобладание оценочного характера. Достоинство связано преимущественно с нравственными качествами личности, хотя и не отрицает её общественных заслуг, а честь опирается, прежде всего, на оценку общественной значимости и общественных заслуг человека, хотя и не отрицает значения нравственных качеств.

Мы же считаем, что честь как нравственное качество должно входить в понятие достоинство. Это подтверждают и определения достоинства. В современных толковых словарях достоинство — эта совокупность нравственных качеств, а также уважения этих качеств в себе.

Выделение чести как самостоятельной категории ведёт к тому, что без целостного образа «достоинство» субъект нередко путает свою честь с тщеславием и честолюбием. Поэтому честь как самостоятельная категория — система с обратной связью функционирования, которая выглядит следующим образом: деятельность личности (поступки, поведение), оценка её общественным мнением, формирование моральной репутации — уважение (или неуважение), которая объективизируется в различных внешних формах — осознания личностью своей репутации, отношения к ней окружающих посредством сознания и чувства чести — новая деятельность личности, скорректирована с учётом общественного мнения и т.д. Честь — особый способ нравственного регулирования поведения людей в общественно полезном направлении на основе общественного мнения определённой социальной группы. В силу этого не всегда чувство чести относят к положительным нравственным качествам.

Так, Гегель пишет: «человек всегда и при всех обстоятельствах думает, в первую очередь, о самом себе; вопрос тут не в том, вполне ли хорошо то-то и то-то само по себе, а в том, прилично ли оно для него, соответствует ли его чести заниматься этим делом или от него отказаться». Тем самым, Гегель показывает эгоистическую основу чести.

Спору нет, — в основе чести лежит самолюбивое стремление к похвале, к почёту, к признанию именно меня как данной конкретной личности. Но если образ достоинства будет присутствовать постоянно в сознании субъекта, то человек будет стремиться к этому образу и, тем самым, контролировать чувство чести, и оно не выйдет за пределы положительного нравственного качества. Итак, в основе чести лежит самолюбие, и это же самолюбие лежит в основе достоинства. Следовательно, честь и достоинство имеют один «корень», а значит, честь будет входить в структуру достоинства как нравственное качество, так как достоинство — совокупность нравственных качеств, а также уважение этих качеств в себе, то есть у человека есть честь и он уважает себя за это. Но вернёмся к самолюбию.

Самолюбие — это любовь человека к самому себе как нравственной личности. Себялюбие — это своего рода эгоизм. Создаётся впечатление, что у нравственной личности есть свой особый, эксклюзивный эгоизм. В нашем понимании, это нонсенс или в лучшем случае софизм.

Поэтому мы рассмотрим понятие эгоизм. В современных толковых словарях оно определяется как себялюбие, предпочтение своих, личных интересов интересам других, пренебрежение к интересам общества и окружающих.

В этике эгоизм рассматривается как жизненный принцип и моральное качество, характеризующие человека с точки зрения его отношения к обществу и другим людям. Как моральное качество в истории нравственного сознания эгоизм обычно оценивался отрицательно, хотя иногда в это понятие вкладывался и некий положительный смысл Так, например, этика французских материалистов получила название «теории разумного эгоизма», идеи «разумного эгоизма» были сформированы в работах Гельвеция. Н.Г. Чернышевский также выдвигал теорию «разумного эгоизма».

Рассмотрим понятие эгоизм. Эгоизм — это себялюбие, а самолюбие — чувство собственного достоинства, самоуважения, самоутверждения. В понятии себялюбие, мы видим, что слово «себя» указывает на обращённость действия на самого производителя действия, то есть себялюбие — это такое внимание к себе, когда производитель действия любит только самого себя. Приставка «само» означает обращённость к самому себе, в самого себя или направленности на самого себя. Следовательно, самолюбие означает обращённость к самому себе, в самого себя, человек направляет свою любовь на самого себя, а это значит, что он только себя любит, проявляет самолюбие. Из вышеизложенного мы делаем вывод, что в самолюбии и себялюбии существует семантический смысл. Рассмотрим процесс перехода самолюбия в себялюбие.

Самолюбие лежит в основе достоинства и высокомерия. В самолюбии проявляется двойственность в чувствах, в образах и в мыслях, находящихся в противоречащих по отношению друг к другу устремлениях. В этом процессе обычно то или иное чувство, та или иная мысль, тот или иной образ вытесняется или маскируется другими чувствами, мыслями, образами. В самолюбии у человека возникает борьба мотивов, мыслей, образов. В этой борьбе нужно распознать, какой мотив и какая мысль теряет меру и становится уже совершенно иной по содержанию. Следовательно, в силу присущих ему особенностей самолюбие вмещает в себя глубокое противоречие между личным и общественным, между низшим и высшим, узко личными и общественно значимыми потребностями человека. Разрешиться это противоречие может двояко в зависимости от того, какая из противоположностей, лежащая в основе самолюбия, станет преобладающей. Если перевес получает личностная, себялюбивая сторона самолюбия, то оно трансформируется в эгоизм, честолюбие, тщеславие, высокомерие, в которых на первое место выдвигается собственные эгоистические интересы данной личности. Если же в самолюбии возобладают общественные моменты, оно переходит в честь и достоинство.

4. Сравнение общих, частных, единичных понятий на основе интегрального признака

Рассмотрим сущность самолюбия и покажем, почему оно переходит в достоинство.

В этике самолюбие рассматривается как моральное чувство, в котором выражается уважение к себе как к личности, основано на признании своего достоинства. В современных толковых словарях под самолюбием подразумевают чувства личного достоинства, самоуважение, самоутверждение. Эти понятия являются единичными понятиями, присутствующими и в структуре высокомерия как общего понятия.

Самоуважение всегда выступает в синтезе с самоутверждением. Утверждая себя как личность, человек ещё больше проникается уважением к себе. Человек может уважать себя и за достижение тех целей, которые не соответствуют общечеловеческим идеалам и ценностям. Самоуважение появляется у человека тогда, когда он преодолевает какие-то трудности, может мобилизовать себя в трудной ситуации на выполнение, осуществление своих планов. И вот за это он уважает в самом себе определённые качества целеустрёмленность, терпеливость, настойчивость и т.д. Самоуважение — глубоко интимное и индивидуальное чувство. Довольно часто субъект в своём сознании борется с самим собой, преодолевая в себе лень, страх и другие качества, мешающие достижению поставленных им целей. В этой борьбе он становится сильней самого себя по сравнению тем, кем он был раньше. Окружающие его люди могут и не знать об этой внутренней борьбе и не проявлять должного уважения к этой личности. Но сам человек знает, что он может бороться с трудностями.

Субъект с таким же успехом может бороться с ленью, страхом, чтобы добиться и своих корыстных целей. Всё это говорит о том, что в человеке зарождается, сосредотачивается любовь к самому себе, то есть самолюбие.

Таким образом, из вышеизложенного мы можем сделать вывод о том, что самоуважение, самоутверждение, чувство личного достоинства и самолюбие — это понятия, которые ещё не делают человека носителем нравственности. Человек, у которого нравственное развитие остановилось или находится на уровне этих понятий, может совершать поступки спонтанно, непредсказуемо, так как у него нет ещё нравственного стержня, которым в данном случае является достоинство. Для того, чтобы самолюбие трансформировалось в достоинство, человек должен иметь в себе чувство меры. Это чувство определяется скромностью, совестью. Вскроем сущность этих понятий.

Скромность — это нравственное качество, характеризующее личность с точки зрения её отношения к окружающим и самой себе и проявляющееся в том, что человек не признаёт за собой никаких особых прав, проявляет необходимую терпимость к мелким недостаткам людей.

Скромный человек не придаёт значения своим положительным качествам, но считает их для себя совершенно обязательными. Скромность препятствует самолюбию деформироваться в эгоизм. Следующим понятием, которое способствует развитию чувства меры, является совесть.

Совесть как эмоциональная самооценка личностью своих поступков, действий, мыслей, образов способствует личности осуществить нравственный самоконтроль, самостоятельно формировать для себя нравственные обязанности, требовать их выполнения и производить самооценку совершаемых поступков и умозаключений.

С помощью совести человек проводит самооценку собственных мыслей, поступков, внутреннего самоконтроля, побуждения к действию, мотива поступка.

Таким образом, мы видим, что скромность и совесть препятствует субъекту проявлять самовосхваление, то есть преувеличивать роль своей любви к себе. При самовосхвалении самолюбие деформируется в эгоизм, который лишает человека чувства меры.

Под мерой в науке понимается органическое единство качественной и количественной определённости объекта, состоящее в существовании некоторых границ изменения количества, за которым изменяется качество. Связь и единство качества и количества обусловлены природой данного объект. Моменты количества очень изменчивы, подвижны. Качественная определённость объекта сохраняется до тех пор, пока количественные изменения не выходят за некоторые пределы, границы, за которыми следует изменение данного качества. Переход количества в новое качество происходит постепенно.

Потеря чувства меры в человеке ведёт к дальнейшему развитию эгоизма, который уже преобразуется в тщеславие, честолюбие. Тщеславие является нравственным чувством, проявляющееся как мотив действия, совершаемого ради завоевания славы, привлечения внимания с целью вызвать восхищение и зависть со стороны окружающих. Когда подобные мотивы становятся характерными для повседневного поведения человека, тщеславие приобретает значение нравственного качества личности, которое имеет индивидуалистический характер. Такой человек вообще не способен самостоятельно оценивать существо своих действий, его интересует лишь внешний эффект, привлекающий внимание окружающих. Тщеславие человека во многом сходно с честолюбием. Честолюбие тоже является проявлением эгоизма в человеке. И выступает как мотив действия, совершаемого ради достижения человеком первенства в той или иной области деятельности. Но в отличие от тщеславия, честолюбие связано с жаждой признания со стороны окружающих и желание приобрести общественное положение, вес, влияние и связанные с ним почести и награды. В этом альянсе качества самолюбие, самовосхваление, себялюбие, амбиция, эгоизм, тщеславие, честолюбие переходят в общее понятие высокомерие.

Высокомерие является отрицательным нравственным качеством, характеризующимся неуважительно-презрительным, надменным отношением к другим людям, связанным с преувеличением своих достоинств и себялюбием.

В этом преувеличении, при деформации чувства меры, человек совершает подмену сопряжённых нравственных понятий достоинство и высокомерие.

5. Восстановление расчленённых сопряжённо-нравственных понятий с выявленной взаимосвязью

Таким образом, структурный анализ сопряжённых нравственных понятий показал, что достоинство и высокомерие в своей структуре имеют сопряжения в понятиях самоуважение, самоутверждение, чувство личного достоинства. Обладая вышеприведёнными качествами, человек не является ещё сознательным носителем нравственности. И лишь после того, как у него сформировалось самолюбие, он делает свой осознанный выбор, который при дальнейшем повторении в жизнедеятельности человека формирует из него нравственную или безнравственную личность.